Стоял июнь 1902 года. Пассажирский поезд прибыл по расписанию на станцию Омск-Пост под вечер. Остановка была около трёх часов, так как локомотив заправлялся водой. Несколько пассажиров вышли из тёмно-зёленых вагонов на платформу и вели между собой разговор на непонятном языке. Это были голландские меннониты, они общались на родном языке (идиш).

От них отделился человек в тёмном костюме, вероятно, это был староста. Он встретился с начальником станции, стал с ним общаться и переводить речь своим соплеменникам. После разговора с начальником он дал команду выходить из вагонов.

На перрон высыпали пассажиры, усталые от многодневной езды в качающихся из стороны в сторону вагонах. Женщины были в чёрных накидках и чепчиках на голове, мужчины – в европейских костюмах. Среди приехавших были дети: мальчики в костюмах с воротничком-стойкой и в ботиночках, и девочки в платьях в клеточку и в туфельках. Они стояли группками и с любопытством разглядывали полустанок с раскиданными по обе стороны железной дороги домишками.

Возле некоторых домов росли молодые тополя и кусты. У саманных сараев копошились белые куры и петухи. На лужайках возле домов паслись коровы и овцы. С северной стороны от станции стоял берёзовый лес. Жители противоположного берега Иртыша переправлялись сюда на лодках, собирали грибы, ягоды и косили траву для своих животных. Вдали виднелась широкая река. Рельсы однопутной линии, по которым они приехали из Екатеринославской губернии, уходили к мосту и там исчезали...